Как живут студенты-медики

как живут студенты-медики

как живут студенты-медики

Эту небольшую зарисовку я написал «по мотивам» своей студенческо-медицинской жизни еще в институтские годы. Решил выложить ее сюда — надеюсь, вам будет интересно. 🙂

Как-то ко мне пришел мой сосед сверху. Поговорить. Он собирался стать врачом, но не знал, в какой институт лучше поступать.

— Что посоветуешь? И вообще, расскажи, как студентам-медикам живется. — Попросил он меня. — Чтобы заранее знать, к чему себя готовить, а?

Я потер подбородок и призадумался.

— Ладно, будь по-твоему. Завтра едем в гости ко мне в институт. У нас профессия специфическая, и не обо всем можно рассказать, что-то нужно увидеть самому. Так что готовься, завтра с утра поедем…

…Университет создавал действительно сильное впечатление: массивное белое здание, утопающее в зелени, невысокое, но такое длинное, что, кажется, легче Кремль обойти, чем его.

 — Ого! — Воскликнул Сергей. — Я и не знал, что он такой большой! А морг у вас тут есть?

— Конечно! Хочешь сходить?

Мы направились к кафедре анатомии.

— Расскажи, как учиться в РГМУ? Например… — В этот момент он прервался на полуслове и округлил глаза, уставившись на что-то позади меня. Я обернулся: мимо нас какой-то студент-старшекурсник проносил отчаянно пахнущую формалином человеческую ногу.

— Не смотри, — порекомендовал я, и как ни в чем ни бывало, продолжил. — Сначала, на первом-втором курсе, мы проходим анатомию, где учат, как устроено наше тело. Затем, на третьем и четвертом, учимся на трупах, как и где нужно делать операционные разрезы, как сшивать сосуды и нервы, как вырезать аппендицит. Потом занятия в институте проходят редко — почти все учебное время мы проводим в больницах. Учим по учебникам теорию, а затем переходим к практике: разговариваем с больными, осматриваем их, ходим на операции и на разные исследования — УЗИ, например.

Я буду педиатром, и поэтому наши больные, как правило, дети. Мы видим, как они страдают, и как можем, стараемся помочь — если не лекарством, то хотя бы ласковым словом. В общем, делаем, что можем, чтобы стать хорошими врачами.

Но Сергей вряд ли меня слушал, так как до сих пор провожал взглядом ногу. Судя по цвету его лица, ему было нехорошо.

Я дружески потрепал его по плечу:

— Кстати, к ним быстро привыкаешь. В это сложно поверить, но уже через месяц-два мы уже могли бы устраивать обеденные перерывы, не выходя из зала с трупами — для экономии времени — если бы это разрешалось.

— Это… это… нога! — Произнес, наконец, Сергей.

— Да. Хочешь посмотреть целиком? Мы уже почти приш…

— Нет, нет, не надо! — Поспешно ответил он. — Давай лучше посмотрим что-нибудь другое.

[yandex]
медицинское образование, студенты медики

медицинское образование, студенты медики

Мы пошли дальше, и я продолжил свой рассказ, переходя с этажа на этаж мимо одних кабинетов к другим.

— Вот это — кафедра военной медицины и чрезвычайных ситуаций. Все доктора — военнообязанные, поэтому в случае войны могут быть посланы в ней участвовать. Захочет, например, вероломный враг сбросить на нас ядерную боеголовку, а мы уже рассчитали, сколько машин нужно для эвакуации людей и как эту эвакуацию лучше всего осуществить. Или, например, какое-нибудь ЧП — наводнение, ураган… Врач всегда должен знать, что делать в таких случаях.

Это — кафедра фармакологии, здесь мы проходим, какие бывают лекарства, как они воздействуют на организм человека, как выписывать рецепты. А на этой кафедре — истории медицины — нам рассказывают, как родилась и развивалась наша профессия — от шаманских прыжков вокруг костра в древности до микрохирургических операций в наши дни…

Перекусив в кафе, мы продолжили экскурсию и зашли в наш спортивный комплекс.

— Партию в настольный теннис? — Предложил я.

 — Давай. — Мы заняли стол, попросили у физруков ракетки и принялись играть.

— А ты уже решил, каким врачом хочешь стать? — Спросил меня Сергей в самом разгаре нашего боя. Надеюсь, не затем, чтобы отвлечь мое внимание.

— Конечно. Я хочу быть акушером. Только не спрашивай, почему, это очень сложно объяснить… Такое желание появилось у меня при не совсем обычных обстоятельствах, хотя, возможно, по-другому и быть не могло.

Как-то однажды мы присутствовали на родах. И во мне тогда возникло очень странное ощущение, и я не мог сказать, какое: казалось бы, только что был один организм, и вот их уже два. Это потрясающе! А через некоторое время я понял, что это мое призвание.

И сейчас я считаю, что помочь будущей матери и рождающемуся на свет ребенку — самое чудесное и благородное, что может сделать врач. Во всяком случае, мне так кажется… К тому же я уже почти полгода работаю на акушерской «скорой помощи». — Продолжал я. — Тяжело, конечно, но интересно.

Я обыграл Сергея в пух и прах, но зато потом мы сразились в бадминтон — и он взял реванш.

— Ну, хорошо, — сказал Сергей. — Ну а развлекаетесь-то вы как?

— На первых курсах мне было не до того, хотя другие ребята и девчонки с моего курса участвовали в КВН (у нас в институте тоже есть свой), а потом выступали на больших собраниях и здорово (я тоже был зрителем) всех смешили. Это было очень забавно. 

А еще наши спортсмены участвуют в межвузовских соревнованиях — по футболу, волейболу, самбо…

— Все, нужно передохнуть, — выдал вконец запыхавшийся Сергей. Хоть он и победил, я заставил его здорово попотеть. — Покажи мне еще что-нибудь.

И я повел его в библиотеку.

— Здесь мы обычно готовимся к докладам, если книги нельзя брать домой, или пропускаем лекции перед зачетным занятием — тоже готовимся. Как видишь, библиотека у нас очень большая, и кроме медицинской литературы, здесь можно найти буквально все, что угодно.

Мы немного побродили в коридорах вдоль картотек, а затем вышли из библиотеки и направились к выходу.

— Спасибо, — немного ошалело поблагодарил за экскурсию Сергей.

— Не за что. Помогать людям — наша профессия. — Ответил я и улыбнулся. А затем, проводив его, вновь пошел в библиотеку — грызть дальше гранит медицинской науки…

 Евгений Махлин, семейный психолог, психотерапевт




Оставить комментарий